ПОМИНОВЕНІЕ РУССКИХЪ ВОИНОВЪ, ВЪ ПОРТЪ-АРТУРѢ УБІЕННЫХЪ (†1904-5).
По благословенію нашего Первоіерарха, Высокопреосвященнѣйшаго митрополита Филарета (преподанномъ 21 мая текущаго года), въ Русской Зарубежной Церкви возстанавливается торжественное поминовеніе ниппонскихъ воиновъ павшихъ при осадѣ Портъ-Артура (нынѣ г. Люйшунь).
Справка. Торжественное поминовеніе павшихъ при осадѣ Портъ-Артура (нынѣ г. Люйшунь) ниппонскихъ воиновъ происходило обычно 8 іюня на Перепелиной горѣ передъ усыпальницей, въ которой покоятся ихъ прахи. Совершалось оно въ присутствіи частей гарнизона крѣпости, во главѣ съ ея Комендантомъ, представителей Квантунской Арміи, мѣстной флотиліи, Квантунскаго губернаторства, города Дайрена (нынѣ г. Далянь – родной городъ нашего Первоиерарха), городскихъ учрежденій и школъ Портъ-Артура и частныхъ лицъ. Съ 1938 г. это поминовеніе стали проводить 30 мая по н. ст. (Забытыя могилы. Харбинъ 1938. С. 37.). Въ числѣ погибшихъ въ русско-японской войне были судовые священники, среди которыхъ иеромонахъ Алексей (Раевский), погибший вмѣстѣ съ броненосцемъ «Петропавловскъ» въ среду Светлой седмицы 1904 года. («Церковный Вѣстникъ». 1904. № 16. С. 491-493.).
***
Вѣчной памяти русскихъ воиновъ-мучениковъ, въ Портъ-Артурѣ убіенныхъ.
Новосвмуч. пресвитеръ Іоаннъ Восторговъ
Ихъ было одиннадцать тысячъ убитыхъ. Одиннадцать тысячъ полегли они костьми за честь родины, вѣрные долгу, послушные призыву и законамъ отечества, полегли они на окраинѣ Россіи, столь отдаленной, столь недавно вошедшей въ составъ ея земель, что она казалась чужбиною, съ непонятнымъ именемъ Портъ Артура, еще вчера ничего не говорившимъ русскому слуху.
И вотъ, теперь этотъ далекій городъ, политый русскою кровью, уже занятый торжествующимъ врагомъ, сталъ до боли близкимъ каждому русскому человѣку. Отнынѣ съ именемъ Портъ-Артура возстаетъ предъ нами отрѣзанная отъ всего міра крѣпость, съ запертымъ въ ней русскимъ воинствомъ, геройски сопротивлявшимся сильнѣйшему врагу до послѣдней возможности; встаетъ предъ нами крѣпость, гдѣ погублено столько жизней, похоронено столько надеждъ, гдѣ пролито столько слезъ и крови, гдѣ вынесено столько неимовѣрныхъ страданій, гдѣ на днѣ океана упокоился погибшій русскій флотъ. Отнынѣ это великое кладбище русскихъ мучениковъ стало близко десяткамъ и сотнямъ тысячамъ русскихъ отцовъ и матерей, дѣтей-сиротъ, братьевъ и сестеръ, родныхъ и близкихъ, потерявшихъ дорогихъ сердцу подъ стѣнами Портъ Артура; оно близко и дорого стало и каждому русскому сердцу; никто и ничто теперь не вычеркнетъ его изъ памяти и сознанія русскихъ людей и со страницъ русской исторіи; оно куплено слишкомъ великою кровавою жертвою одиннадцати тысячъ раненыхъ и больныхъ воиновъ, невѣроятными лишеніями и трудами оставшихся въ строю защитниковъ крѣпости, вынесшихъ такіе тяжелые дни и ночи въ долгіе мѣсяцы осады, что участь убитыхъ и умершихъ казалась имъ завидною.
Изъ дальняго плѣна, изъ вражеской страны оставшіеся въ живыхъ вернутся когда нибудь на родину и повѣдаютъ намъ во всѣхъ потрясающихъ подробностяхъ, какъ жили портъ-артурскіе узники и что они вынесли. Но и теперь, и безъ ихъ разсказовъ мы можемъ ясно представить себѣ ихъ положеніе при безпрерывныхъ бояхъ, когда приходилось сражаться буквально дни и ночи безъ перемѣны даже для короткаго отдыха; когда недостало ни боевыхъ снарядовъ, ни жизненныхъ припасовъ, ни лекарствъ для больныхъ и раненыхъ, въ то время, какъ цынга, тифъ и другія болѣзни косили косою смерти порѣдѣвшіе ряды защитниковъ крѣпости, какъ бы вступивъ въ союзъ съ внѣшнимъ врагомъ: когда не успѣвали и не могли хоронить тысячи убитыхъ, и они гнили на открытомъ воздухѣ, заражая его ужасающимъ зловоніемъ; когда больныхъ бросали безъ призора, и они, едва держась на ногахъ, Продолжали сражаться; когда раненые, по нѣсколько разъ возвращались въ строй до новыхъ тяжкихъ ранъ или смерти; когда «люди стали тѣнями», и одни падали мертвыми у орудій отъ полнаго изнеможенія, а другіе отъ страшной усталости переставали понимать человѣческую рѣчь и слова команды; когда, наконецъ, страдальцамъ, отрѣзаннымъ отъ міра и оставленнымъ, ужъ не видѣлось впереди никакой помощи и спасенія...
И все таки больные выздоровѣютъ, живые возвратятся домой; они услышатъ привѣтъ родины, почтительное удивленіе всей Россіи, благодарное слово и награду отъ Царя; имя ихъ будетъ славно, и до конца дней для каждаго изъ нихъ одно слово; «я былъ и сражался въ Портѣ-Артурѣ» будетъ честью и безспорною похвалою. Они увидятъ родное небо, родное солнце, родную природу, родныхъ людей, родные храмы...
Но что сказать вамъ, одиннадцать тысячъ убитыхъ!!! Кто теперь прольеть слезу надъ вашими дальними безвѣстными могилами? Кто утѣшитъ васъ и восхвалитъ за пролитыя слезы, за голодъ и жажду, за страданіе и кровавыя горящія раны? Гдѣ теперь, милые, ваша родина, ваше небо, ваше солнце, гдѣ вашъ храмъ и гдѣ вы служите Богу, Котораго возлюбили?
Видѣлъ нѣкогда новозавѣтный Тайнозритель Іоаннъ: «Взглянулъ я, – говоритъ онъ, – и вотъ, великое множество людей, котораго никто не могъ перечесть, стояло передъ престоломъ и Агнцемъ въ бѣлыхъ одеждахъ и съ пальмовыми вѣтвями въ рукахъ своихъ... И начавъ рѣчь, одинъ изъ старцевъ спросилъ меня: сіи, облеченные въ одежды бѣлыя, кто они и откуда они пришли? И... сказалъ мнѣ: это тѣ, которые пришли отъ великой скорби... За это они пребываютъ нынѣ предъ престоломъ Бога и служатъ Ему день и ночь въ храмѣ Его, и Сидящій на престолѣ будетъ обитать въ нихъ. Они не будутъ уже ни алкать, ни жаждать, – и не будетъ палить ихъ солнце и никакой зной» (Апок. VII, 9-16). «И отретъ Господь всякую слезу отъ очей ихъ, и смерти уже не будетъ, ни плача, ни вопля, ни болѣзни уже не будетъ, ибо прежнее все прошло» (XXI, 4). Для нихъ уготованъ на небѣ новый и великій городъ, святой Іерусалимъ... «Господь Богъ Вседержитель – храмъ его и Агнецъ; и городъ не имѣетъ нужды ни въ солнцѣ, ни въ лунѣ для освѣщенія своего, ибо слава Божія освѣтила его и свѣтильникъ его – Агнецъ, ворота его не будутъ запираться днемъ, а ночи тамъ не будетъ. И принесутъ въ него славу и честь народовъ» (XXI, 22-26).
Вотъ гдѣ покой вашъ, родные наши герои, павшіе смертью храбрыхъ, вотъ вашъ новый городъ и ваша вѣчная новая родина!
Но и въ царство вѣчнаго вашего покоя проникнетъ къ вамъ молитва любви съ вашей родины земной. И слезы, горючія слезы вашихъ вдовъ и сиротъ-дѣтей, отцовъ и безутѣшныхъ матерей, родныхъ и близкихъ сольются со слезами вашего родного народа: океаномъ горя народнаго поднимутся онѣ до самаго неба, достигнутъ вѣчнаго града вашего, вашей новой отчизны и предстанутъ, безмолвныя, предъ Сидящимъ на престолѣ и будутъ умолять о васъ Вѣчную Правду... Долго-долго будутъ онѣ литься по скорбному лицу вашей земной страдающей родины: развѣ не просочатся онѣ и до вашихъ земныхъ могилъ, развѣ не омоютъ онѣ вашихъ страдальческихъ костей?
Господи, Ты пріялъ къ себѣ одиннадцать тысячъ убіенныхъ братій нашихъ... Больно намъ, горько намъ, Господи! Услыши стонъ самой земли нашей и вопль народа, на которомъ отъ лѣтъ древнихъ наречено имя Твое: пріими души убіенныхъ съ миромъ и окомъ благоволенія призри на ихъ кровавую великую жертву! Вѣчная благодарная память имъ на землѣ родной, и вѣчная, вѣчная имъ память въ молитвахъ церкви и въ очахъ милующаго ихъ Бога! Аминь.
Рѣчь, сказанная на панихидѣ 9 января 1905 года въ Тифлисскомъ Сіонскомъ соборѣ, при священнослуженіи Экзарха Грузіи Высокопреосвященнаго Алексія.
Протоіерей Іоаннъ Восторговъ.
«Прибавленіе къ Духовному Вѣстнику Грузинскаго Экзархата». 1905. № 5. С. 1-2.
https://afanasiy.net/pomynovenie-russkyh-voynov-v-port-arture-ubiennyh-1904-5
