ТРИ ВИДА АТЕИЗМА ПО УЧЕНИЮ СВТ. ГРИГОРИЯ ПАЛАМЫ.

Свт. Григорий Палама (1296-1359), архиепископ Фессалоникийский – Новый Златоуст и Новый Богослов [1] – в своём письме к «благоговейнейшему монаху кир Дионисию» (Τὸν εὐλαβέστατον μοναχὸν κὺρ Διονύσιον) пишет, что существует три вида атеизма.
1. Разностороннее заблуждение эллинствующих философов.
Они считают, что Бог не существует, а существуют только чувственные удовольствия (Эпикур), или существует как некие вещественные элементы (Эмпедокл, Гераклит, Анаксимен, Демокрит), или же что существует некая полная непостижимость сущностей всего во всём и господствующее положение занимает суждение (Ксенофан Колофоннский), или у них имеется некое понятие о Боге, но очень смутное (Сократ, Платон). Еретик Варлаам, которому, к счастью, противостал Палама, принадлежит к этой первой категории атеизма, поскольку он утверждал, что нетварная сущность Бога не отличается от нетварной энергии. Однако он, который отождествляет сущность и энергию, согласно св. Иустину Философу и Мученику и другим Отцам, разделяет Божественную сущность. Поскольку то, что не обладает некоторой энергией, не существует, не является чем-то.
2. Разветвлённое и разнообразное заблуждение еретиков
Некоторые считают Отца нерождающим (иудеи), другие Его считают Сыном-Отцом (Савеллий, который учил, что Отец, Сын и Дух Святой являются единой ипостасью и просто носят различные имена, или носят различную обличье во времени), другие Его считают нетварным Отцом тварного Сына и Духа (Арий, Евномий, Македоний), а другие другое. Все они ни в чем не отличаются от атеистов. Они разрушают троичность Бога и божественную природу Сына и Духа Святого. Они завидуют Варлааму и Акиндину, которые с одной стороны отождествляют нетварную сущность и нетварную энергию, как мы уже говорили ранее, а с другой стороны - в отношениях Бога с человеком учат о тварности энергии. Тем самым они сделали Бога тварью, поскольку приняли учение о тварной энергии, поскольку появляется природа, называемая отцами.
3. Дабы избежать всякого упоминания всех догматов о Боге.
Этот вид атеизма недалеко отстоит от предыдущей лукавой диады. Но этим занимаются богословы и клирики и он относится к тому, что с трудом укладывается в голове многих людей. Они не изъясняют богословие святых Отцов тем, которые его не понимают. Они отговариваются тем, что богословие недоступно и непостижимо для большей части мирян. Однако, если даже умалчивать о догматическом учении, то разрушается догматическая ограда нашей Церкви и тем самым лишь вторгается яд еретического учения. Еретики боятся и досадуют на распространение догматического учения Православия в целом, поскольку тем самым рушится личина добродетельности и благочестия, которые они несут.
Итак, первый вид атеизма состоит в том, что не существует Бог. Второй, что Он существует, но Он не непогрешим. Третий вид состоит в недостаточном представлении того, что есть образ Божий.
***
О всех их говорит свт. Григорий Палама в своём известном догматическом письме благочестивейшему монаху Дионисию. И теперь, если бы они, эти три вида атеизма, появились в нашу эпоху, то можно было бы сделать некоторые сопоставления с тем, что происходило в эпоху свт. Григория Паламы.
С начала 20 столетия появляются некие попытки между христианами различных «церквей» прийти к некоему контакту, для того чтобы когда-то им вновь соединиться. В этом стремлении приняла участие и Православная Церковь. Начался так называемый межхристианский или экуменический диалог. При этом имеется множество различий между конфессиями и, конечно же, серьёзных. Было бы очень трудно найти точки соприкосновения. Начались трения и процесс поляризации. Для того чтобы продолжать диалог, был отменён догматический диалог и он стал «диалогом любви». Начался процесс некоего догматического минимализма, то есть ведущие диалог довольствовались минимумом догматических положений, по которым они имеют согласие, или чтобы стать едиными и принять догматическое своеобразие других. Была предложена «теория ветвей», которая заключается в том, что мы имеем общий корень и мы составляем различные ветви одного и того же дерева. Также была предложена и теория «совместимости», то есть что Церковь может содержать различные виды христианства. Межхристианский диалог позже, по политическим причинам, дипломатическим, национальным, нуждам глобализации, развился в межрелигиозный, и на первом этапе диалог проводился с монотеистическими религиями. За великое деяние рассматривается вера в единого Бога мусульман и иудеев. Но «богословские» венцы продолжают увеличиваться. Все религии ведут к тому же Богу. Всё служит человеку. Все обладают в своих религиях некой истиной. Так начались проводиться межрелигиозные встречи с религиями разных видов и не возникло никакой необходимости в монотеистических религиях. И это соскальзывание не имеет конца!
И возникает вопрос: куда же нас ведут? Неужели мы забываем, что Христос является Светом миру (Ин.8, 12), и разве существует какой-то иной реальный и истинный Бог? Неужели мы забываем, что «бози язычников суть демоны» (Пс. 95,5)? Неужели мы забываем, что идолопоклонника Корнилия сотника (Деян. 10), который был благочестив и жил в посте, творя милостыню и совершая молитвы, Христос не оставил в его религии. Он даже не сказал, что поскольку ты имеешь святую жизнь, то спасёшься, независимо от того, что являешся идолопоклонником. Но Он послал ангела ему сказать, чтобы он призвал Петра, чтобы тот наставил его в правой вере. Тоже произошло и с евнухом царицы Эфиопской Кандакии (Деян. 8, 26-40), который был благочестивым иудеем и предпринял труды и перенёс опасности дальнего пути, чтобы прибыть в Иерусалим и совершить паломничества в своей колеснице, и поскольку был полдень, и по обычаю необходимо было вкусить пищу и отдохнуть, или наслаждаться красотой мест, которые он проезжал, он читал пророка Исайю. И поскольку колесницу трясло и читать было не просто, и хотя он не понимал того, что читал, но исполненный стремления и желания понять смысл пророка Исайи, он продолжал читать. Но этого благочестивого иудея не оставил Бог пребывать в его религии, Он даже не сказал ему, что ты спасёшься, поскольку ты настолько ревностен. Господь послал ему Своего апостола Филиппа, чтобы его наставить в вере. И это потому, что иудаизм не верит ни в троичного Бога, ни в божественную природу Христа, ни в приснодевство Богоматери, ни в иконы. Но особенно важно то, что иудеи ожидали Мессию и его ожидают как мирового национального мессию, который явится спасти Израиль. В эти же еретические догматы верят и мусульмане и, более того, они ведут человека к потенциальной невоздержанности на уровне генетическом и уничтожению тех, которые не верят в Ислам. Итак, в чём же достоинства монотеистических религий, и в чём достоинство многочисленных идолопоклонников?
Теперь мы подойдём к христианам еретикам. В чём достоинство папизма, который верует в мирского мессию и обладает властью, старшинством, дипломатией, войском, полицией, банками? Разве папство не исказило догмат о троичном Боге прибавлением к «Символу веры» исхождения Святого Духа и от Сына, когда обоготворило человека папу и сделало его безгрешным, обоготворило Деву Марию через введение догмата о непорочном зачатии, используя пресный хлеб для Божественной Евхаристии и ещё столь многое?
В чём достоинство протестантов, которые отрицают предание, иконы, крест, святых и их посредничество, особое священство, таинство исповеди, другие таинства и ещё многое? Некоторые из них пошли и далее, совершая рукоположение женщин, признают гомосексуализм и совершают хиротонии гомосексуалистов и другие нарушения правил?
Свт. Григорий нас предупреждает, чтобы мы не стали атеистами. Прислушаемся ли мы к нему?
Архимандрит Мелетий Ап. Вардаханис
Источник.
***
Свт. Григорий Палама учит, что не имеющие действительного знания Бога по опыту, в действительности являются безбожниками. Это говорится в том смысле, что они рассуждают и говорят о том Боге, который не существует. Таким образом они не имеют познания истинного Бога, но Бога рассудка и фантазии, который является несуществующим.
***
В связи с тем что третий вид явлается ныне большим искушением для верующих Церкви Православной, мы решили выложить русский перевод – доселе не известного русскому читателю – фрагмета поучения свт. Григория Паламы. Редация Миссионерского Центра приность большую благодарность р. Б. Борису за выполнение перевода:

«Третий же вид [безбожия] недалек от выше [указанной] лукавой двуконницы – уклоняться говорить что-либо определенное (τῶν δεδογμένων) о Боге и нисколько не желать вследствие неблагочестивого благочестия воспевать Его из-за того, что Он превосходит разумение многих, не признавая (οὐκ ἐν κρίσει) учения тех, кто домостроительствует (τούς λόγους οἰκονομοῦντα) и посредством рассудительного, уместного и умеренного снисхождения тем самым совозвышает разумение смиренных, но, совлекая вниз разум скудным, также унижать, возвышая величие того, кто сверх всякого ума, равно неся им дурную пользу (χάριν ἄχαριν), и не разъяснять богословие священных отцов тем, кто не ведает его, но стряхивать с себя (ἀποσείεσθαι) и отвергать эту заботу, ссылаясь в виде предлога на величие мыслей, возвышенность и неудобопонятность богословия для многих, и то, что оно не без труда и не с легкостью для всех достижимо.
И это сказано у Дионисия Великого, у которого, пожалуй, первого, церковь научилась первоосновам незыблемого богословия, и Афанасия, ничем не худшего в добродетели, который опроверг как прежде него распространенное зломыслие, так и тех, кто намеревался злословить после него, движимый вдохновением божественного Духа, у Василия, отставшего от них лишь во времени, и Григория, названного Богословом, и у тех, кто после них. Так и Господь говорит: "Отметаяй вас, Меня отметает, а отметаяй Меня, отметает Пославшего Мя". Потому-то истинное благочестие – в том, чтобы не расходиться во мнениях с богоносными отцами. И богословие вышеуказанных святых есть определение (ὅρος) и колья ограды (χάραξ) истинного богопочитания, каждый из которых есть как бы часть этого забора и кольцевой стены, совосполняющей благочестие, и, если разрушится даже один из них, то ринется туда многий рой зломыслия еретиков.
Поэтому должно на них [т.е. отцов] полагаться и безбоязненно нападать (χρῆσθαι) на нечестиво мыслящих, и тем более, чем более они отвратительны (ἀπαρέσκονται); чтобы оттого они более страшились, и не опасаться, если они будут на тех [т.е.отцов] нападать. И зная (συνείς) это по причине преизбыточной мудрости, Синесий [игра слов: συνείς – Συνέσιος], которому были вверены архиерейские кормила Кирены, говорит, хорошо всем объясняя: "Я же полагаю, что суеверный страх (δεισιδαιμονίαν) следует отличать от благочестия, ибо он есть зло, которое принимает личину добродетели". Если бы философия изобличила третий образ безбожия, то что бы она сказала иное о третьем образе безбожия, как не то, что он означает вследствие безрассудного страха отказываться говорить что-либо определенное о Боге, или делать, и такое поведение называть необходимым? Ибо первый и второй [виды безбожия], как было сказано, заключаются в том, чтобы не считать, что Бог вообще существует, или же считать, что существует, но неправильно изъясняя о Нем. Что сказать мне о таком безрассудном страхе, когда боятся снисходить к немощи разумения слушающих, не вполне во всем будучи точными? Божественный и великий Афанасий, составив слово проповедания на ежегодное празднование Благовещения, снабдил его таким вступлением: "Божественным священнослужителям должно смотреть не на немощь слушателей, а на требуемый смысл, тему и основания – каким образом [он их] рассмотрит, и как ему приличествует раскрыть их в проповеди"»[2].
Сост. Ред. Миссионерского Центра.
[1] Подобные именования появляются вскоре после смерти святителя и засвидетельствованы в ряде дошедших до нас источников: фресках, гимнографических последованиях, письменных трудах учеников Григория. Сближение свт. Григория со свт. Иоанном Златоустом объясняется не только тем, что Григорий скончался 14 ноября, то есть на следующий день после памяти Златоуста, и тем, что ученики и почитатели Григория желали сопоставить его со свт. Иоанном. Здесь присутствует еще ряд второстепенных элементов. Именование «Новым Богословом» вызвано стремлением сблизить свт. Григория с тремя Великими Святителями учителями Церкви: Василием Великим, Григорием Богословом и Иоанном Здатоустом, а также с тремя «Богословами» — св. апостолом Иоанном, свт. Григорием и прп. Симеоном. См. А. Риго, Григорий Палама «Новый Златоуст» и «Новый Богослов». // XVIII Ежегодная богословская конференция ПСТГУ: Материалы. Том I. М., 2008. C. 108-112.
[2] Γρηγορίου τοῦ Παλαμᾶ Συγγράμματα, Ἐκδίδονται ἐπιμελείᾳ Π. Κ. Χρήστου, Θεσσαλονίκη. Τ. 2 (1994), σ. 482-483.
источник материала